200  АМЕРИКАНСКИЙ ЖУРНАЛ ИСЛАМА И ОБЩЕСТВА 38:3–4 Ислам и психология: исследовательские подходы, теоретическое и практическое значение ___________________________________ Религия и духовность все больше привлекают внимание как факторы устойчивости в психическом здоровье и как общие факторы психотерапии[1]. С этой целью мусульманские ученые и клиницисты по всему миру также начали разрабатывать учитывающие ислам терапевтические мероприятия и услуги[2]. Тем не менее, эта область вызывает разногласия среди мусуль- манских экспертов из различных дисциплин, таких как психология, психотерапия, психиатрия и исламская теология. Например, до сих пор нет единого мнения относительно опре- деления и видов теоретических и практических перестановок между каноном исламских дисциплин и современной психо- логией. Чтобы решить этот фундаментальный вопрос на уровне конференции, впервые в континентальной Европе Исламская ассоциация социальных и образовательных профессий (IASE) собрала группу из примерно 65 студентов-мусульман, консуль- тантов, терапевтов, психиатров и исламских богословов со всей Германии, Австрии и Швейцарии во Франкфурте-на-Майне 6 апреля 2019 года. Мероприятие было направлено на изучение фундамен- тальных взаимосвязей между исламом и психологией с учетом текущего состояния теоретических подходов, исламских основ и возможностей, а также проблем интеграции исламских эле- ментов в терапевтическую практику. Малика Лаабдаллауи 200 ИСЛАМ И ПСИХОЛОГИЯ  201 (психолог-психотерапевт, Рюссельсхайм, Германия) официаль- но открыла симпозиум в качестве организатора и модератора и передала слово Аарону Абдуррахиму Шабелю (психолог, пред- седатель IASE, Фульда, Германия) для его пленарного доклада. Г-н Шабель подчеркнул важность самосознания и развития личности терапевтов, которые объединяют ислам и психотера- пию в качестве отправной точки в консультировании и тера- певтическом процессе. Первая часть симпозиума состояла из трех докладов, на которых обсуждались основные теоретические концепции, в рамках подготовки ко второй, в большей степени ориентиро- ванной на практику, части во второй половине дня. В своем выступлении на тему «Как говорить об исламе и психологии?» Пол Каплик (магистр когнитивных нейронаук; руководитель рабочей группы «Ислам и психология» в IASE, Амстердам, Нидерланды) дал краткое введение в развитие и современное состояние теоретических подходов к исламу и психологии. Начав с исторического обзора движения ислама и психологии, он назвал нынешнюю фазу процесса развития «междисциплинарным построением исламской психологии» и напомнил аудитории о важности сотрудничества между спе- циалистами в области психического здоровья и исламскими богословами. Представляя три подхода к исламской психологии (ИП), названные транскультурной адаптацией[3], восходящим построением[4] и нисходящим построением[5], он счел нисходя- щее построение наиболее подходящим для Германии, для которой было выведено следующее рабочее определение ИП: Конфессионально-ориентированное внедрение индигенных1 психо- логических, психотерапевтических и психиатрических концеп- ций, теорий и методов из традиционных исламских дисциплин и других дисциплин, таких как философия и медицина, которые об- суждались мусульманскими учеными, в современную академи- ческую психологическую систему координат. Он определил, среди прочего, следующие задачи на ближайшие 10–15 лет: (а) четкое определение терминов «исламский», «психологичес- кий» и «теологический», (б) определение мульти-, интер- и трансдисциплинарных методологий для интеграции дисципли- нарных идей из психологии и исламской теологии, (в) диффе- ренциация исламских и культурных психологических основ, и 1 «Индигенная психотерапия» относится к психотерапевтическим методам и подходам, которые происходят из местных или коренных культурных традиций. – Примеч. ред. 202  АМЕРИКАНСКИЙ ЖУРНАЛ ИСЛАМА И ОБЩЕСТВА 38:3–4 (г) разработка исламски интегративных психотерапевтических мероприятий с последующими оценочными исследованиями. Далее д-р Мартин Кельнер (исламский теолог, Оснабрюк, Германия) рассказал о «Структурах психической жизни в исламе». В свете коранических источников он описал концепцию человеческого существа как противоречие между непостижимым и тем, что не подлежит сомнению; как неясное, слабое, благо- родное. Кроме того, он подробно остановился на ключевых кора- нических терминах, таких как к̣алб, нафс, ‘ак̣л и рӯх̣, и объединил их в качестве центральных элементов человеческой самости. Психосоциальные факторы, эмоции и магия были рассмотрены как дополнительные факторы, влияющие на психическую жизнь людей. Наконец, он обсудил концепцию человека как «структу- рированного, саморегулирующегося и развивающегося фено- мена»[6] и указал, что кораническая экзегеза может быть важным ресурсом для более разнообразного распознавания некоторых коранических концепций психической жизни. В своем выступлении на тему «Интеграция исламских элементов в психотерапию» д-р Ибрахим Рюшофф (медицинс- кий психотерапевт; основатель IASE, Рюссельсхайм, Германия) представил нисходящий подход, который подходит для интеграции исламских элементов в психотерапию, учитывая при этом научные стандарты, предложенные психологами религии в Германии. Он ознакомил аудиторию с необходи- мостью, а также с рисками и проблемами интеграции ислам- ских элементов в научно обоснованные терапевтические мето- ды, и в заключение привел примеры из своей практики. В частности, он подчеркнул, что специалисты в области психи- ческого здоровья в Германии, которые являются мусульманами, обязаны придерживаться руководящих принципов Германии в области психотерапии[7], а также общих профессиональных стандартов[8]. Хотя терапевтически обоснованная и ориентиро- ванная на пациента интеграция исламских элементов считается эффективной, он посчитал теологические дискурсы в терапии неуместными. Более того, он указал на тот факт, что не суще- ствует «одного и единственного» исламского терапевтического подхода и что западные психотерапевтические подходы сами по себе не являются неисламскими. Малика Лаабдаллауи и Джулия Руфф (психолог, бакалавр наук и аспирант клинической психологии, Трир, Германия) выступили с общей презентацией об истории и перспективах IASE. После активного обмена импульсами и идеями для исламской психосоциальной работы в будущем (например, ИСЛАМ И ПСИХОЛОГИЯ  203 исследовательские группы, базы данных справочной литера- туры и т. д.) началась следующая (ориентированная на прак- тику) сессия конференции. Семинар на тему «Мусульмане в психотерапии, психи- атрии и консультировании: подход с учетом культурных особен- ностей» под руководством профессора д-ра Ахмеда А. Карима (нейропсихолог, психотерапевт, Тюбинген, Германия) начался с изучения проблем, с которыми сталкиваются специалисты в области психического здоровья в работе с пациентами-мусуль- манами: например, недоверие к психотропным препаратам, стигматизация, стыд, приписывание психических заболеваний джиннам и магии. Для решения таких проблем он предложил терапевтический подход с учетом культурных особенностей, такой как программа «Клиническая исламская духовная по- мощь», которую он разработал в сотрудничестве с Институтом интеграции и межрелигиозного диалога, Манхейм. Подобная терапия с учетом культурных особенностей требует знания исламского богословия, этиологии (нейро-)психиатрических рас- стройств и индигенных психотерапевтических (например, навыков терапевтического общения), а также нейрофизиологи- ческих техник. В частности, помимо терапевтических вмеша- тельств, стихи Корана о душе и взаимодействии с джиннами, а также нейро- и психофизиологические показатели, включая ЭЭГ, ЭМГ, ЭКГ и ЭДА, могут улучшить понимание болезни и соблю- дение режима лечения, особенно среди пациентов-мусульман. На своем семинаре «Болезни в контексте проблемы тела- разума в исламской теологии» Навид Чизари (докторант исламской теологии, Стамбул, Турция) познакомил участников с основными понятиями и методами исламской теологии, такими как онтология существования, принцип причинности и источники знания (суждение посредством разума, эмпиризм и откровение). Под его руководством участники сначала изучили статьи четырех исламских ученых[9] и одного мусульманского психолога[10] об исламе, знании и природе человека. Они обна- ружили, что между исламским и неисламским знанием не делается различия. Применяя методы исламского богословия, Чизари достаточно дифференцировал явления, подлежащие исследованию, относительно их вида бытия, которое – за исключением бытия Бога – подразделяется на субстанции (джава̄хир) и акциденции (а‘ра̄д) и их взаимодействия друг с другом. Тем самым психические заболевания классифицируют- ся как состояния субстанций (т. е. акциденции). Дальнейшее подразделение на светские/рациональные и религиозные 204  АМЕРИКАНСКИЙ ЖУРНАЛ ИСЛАМА И ОБЩЕСТВА 38:3–4 науки дает четкие ограничения для клиницистов и теологов в связи с работой с заболеваниями: в то время как богословы подходят к болезням с точки зрения Божьего Откровения (например, почему Бог создал болезни? Как они влияют на поклонение? Какие молитвы могут оказать поддержку?), научно обоснованное лечение болезни остается задачей клини- циста. Наконец, он вывел три рекомендации для будущей работы специалистов в области психического здоровья и исламских богословов: (а) фард̣ ‘айн: пациенты и терапевты должны осознавать свою ответственность перед Богом, (б) клиницисты и богословы должны знать свои конкретные задачи и пределы, и (c) экспертиза не нуждается в религии. В последнее десятилетие мы наблюдаем движение в сторону интегративных подходов к психотерапии. На семинаре «Ислам и психология в контексте интегративной психотера- пии», который провела Джулия Рафф, участники рассмотрели психотерапию с мета-перспективы и обсудили различные способы концептуализации интегративных подходов в прош- лом, например, посредством теоретической интеграции или технического эклектизма. Далее обсуждались различные уровни абстракции — терапевтические техники, стратегии, теории и мета-перспективы. Наконец, участники обсудили различные концепции исламско-интегративных подходов к психологии и психотерапии, а также возможность их использо- вания в научном дискурсе. Процесс был направлен не на вы- работку исламско-интегративных подходов, а главным образом заключался в понимании того, что заставляет психотерапию работать. При обсуждении и разработке исламско-интегратив- ных подходов важно смотреть на психотерапию с разных уровней абстракции и принимать во внимание последствия. Заключительная сессия проходила в форме панельной дискуссии, модератором которой выступил д-р Даниэль Гермер (детский психиатр). Д-р Ибрахим Рюшофф, Джулия Руфф, профессор д-р Тарек Бадавиа (профессор исламского религиоз- ного образования, Эрланген, Германия), Мубарак Конта (имам, Рюссельсхайм, Германия), Амин Луциф (магистр психологии, терапевт, Дюссельдорф, Германия), профессор д-р Ахмед А. Карим и д-р Мартин Кельнер обсудили вопрос о том, какое теоло- гическое содействие необходимо для исламско-интегративной психотерапии, а также о том, с какими трудностями и ограни- чениями могут столкнуться ученые и богословы. Решая проблему, связанную с тем, что пациенты-мусульмане часто не решаются обратиться к врачу и вместо этого обращаются к имаму в качестве ИСЛАМ И ПСИХОЛОГИЯ  205 первого контактного лица, участники обсудили необходимость доверительных отношений между имамами и врачами, а также программы обучения и подготовки имамов. Чизари указал на риск того, что такая подготовка может также повлечь за собой опасность превышения уровня компетенции соответствующего преподавателя. В продолжение обсуждения влияния религиозных лидеров, были подвергнуты критическому сомнению принципы образования имамов: профессор д-р Карим и профессор д-р Бадавиа указали на влияние религий на изменение поведения и выступили за религиозное образование, ориентированное на вознаграждение и копинг, для содействия здоровому психичес- кому развитию. Дискуссия развернулась в сторону этимологии и интерпретации коранического языка и привела к противоречию между двумя точками зрения: предположение об исторически релятивистском и динамичном процессе развития интерпретации коранического языка, который можно было бы углубить благо- даря вводу психологических инструментов, было противопостав- лено предпочтению сохранения неотъемлемых значений соответ- ствующих слов в Коране. Обсуждение этимологии имеет большое значение, поскольку обмен и работа в рамках пересечения ислама и психологии требуют четкого и единообразного использования ключевых терминов и понятий. Возвращаясь к исходному вопросу, Джулия Рафф выступила за теоретически обоснованную интеграцию исламских принципов в психотерапию на различных мета-уровнях, которую поддержка богослова могла бы обогатить. Подводя итог, панельная дискуссия и конференция в целом характеризовались взаимным интересом между клини- цистами и экспертами исламского богословия, завершившись пониманием того, что и специалисты в области психического здоровья, и религиозные деятели нуждаются друг в друге. СИБЕЛЬ НАЙМАН ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ГРУППА ИСЛАМА И ПСИХОЛОГИИ ИСЛАМСКАЯ АССОЦИАЦИЯ СОЦИАЛЬНЫХ И ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ПРОФЕССИЙ МАЙНЦ, ГЕРМАНИЯ doi: 10.35632/ajis.v38i3--4.3459 206  АМЕРИКАНСКИЙ ЖУРНАЛ ИСЛАМА И ОБЩЕСТВА 38:3–4 Примечания 1. Samuel R. Weber and Kenneth I. Pargament, “The Role of Religion and Spirituality in Mental Health,” Current Opinion in Psychiatry 27, no. 5 (2014): 358–363. 2. Carrie Y. Al-Karam (Ed.), Islamically Integrated Psychotherapy: Uniting Faith and Professional Practice (West Conshohocken, USA: Templeton Press, 2018). 3. Malik B. Badri, The Dilemma of Muslim Psychologists (London: MWH London, 1979). 4. Rasjid Skinner, “Traditions, Paradigms and Basic Concepts in Islamic Psychology,” Journal of Religion and Health 58, no. 4 (2019): 1087–1094. 5. Amber Haque and Hooman Keshavarzi, “Integrating Indigenous Healing Methods in Therapy: Muslim Beliefs and Practices,” International Journal of Culture and Mental Health 7, no. 3 (2012): 297–314; Hooman Keshavarzi and Amber Haque, “Outlining a Psychotherapy Model for Enhancing Muslim mental health within an Islamic context,” International Journal for the Psychology of Religion 23, no. 3 (2013): 230–249. 6. Walid Briki and Mahfoud Amara, “Perspective of Islamic Self: Rethinking Ibn al-Qayyim’s Three-Heart Model from the Scope of Dynamical Social Psychology,” Journal of Religion and Health 57, no. 3 (2018): 836–848. 7. Michael Utsch, Ulrike Anderssen-Reuster, Eckhard Frick, Werner Gross, Sebastian Murken, Meryam Schouler-Ocak and Gabriele Stotz-Ingenlath, “Empfehlungen zum Umgang mit Religiosität und Spiritualität in Psychiatrie und Psychotherapie,“ Spiritual Care 6, no. 1 (2017): 141–146. 8. Ibrahim Rüschoff and Paul M. Kaplick, “Integrating Islamic Spirituality into Depth Psychotherapy with Muslim Patients,” в Islamically Integrated Psychotherapy: Uniting Faith and Professional Practice, ed. Carrie Y. Al-Karam (West Conshohocken, USA: Templeton Press, 2018), 127–151. 9. al-Ghazali, The Book of Knowledge: Book 1 of the Revival of the Religious Sciences, пер. Kenneth Honerkamp (Fons Vitae, 2016); Thomas Bauer, Die Kultur der Ambiguität: Eine andere Geschichte des Islams (Berlin: Verlag der Weltreligionen, 2011); John L. Esposito and John O. Voll, Makers of Contemporary Islam (New York, USA: Oxford University Press, 2001); Ibn Khaldun, The Muqaddimah: An Introduction to History, пер. Franz F. Rosenthal (Cambridge: Princeton University Press, 2015). 10. Abdallah Rothman and Adrian Coyle, “Toward a Framework for Islamic Psychology and Psychotherapy: An Islamic Model of the Soul,” Journal of Religion and Health 57, no. 5 (2018): 1731–1744.